Распродажа прокурорских погон: почему не реагирует Чайка?

Закадровая политика: связи и деньги ценят выше знаний

Сколько надо заплатить за трудоустройство в региональную прокуратуру? — выяснить тариф за синий мундир в Рязанской области пришлось отцу выпускницы юридической академии. Ему предложили «договориться» о месте для дочери, которую должны были взять на работу по целевому направлению. Причем, надзорным ведомством в этом регионе руководит прокурор, который ранее был обвинен в оказании услуг за деньги в Воронежской области. О новым скандале со старым героем — в материале ПАСМИ.

В рубрику Первого антикоррупционного СМИ «Сообщить о коррупции» обратился житель Рязанской области Александр Анатольевич Басов. Автор письма утверждает, что его дочь не взяли на работу в прокуратуру, поскольку он отказался платить деньги. По его словам, такса за «синий мундир» в региональном надзорном ведомстве, которым руководит Иван Панченко, составляет порядка 1,2 млн рублей. Мы приводим текст письма заявителя из Рязани:

На стражу закона — за взятки

«Я хочу рассказать о коррупционной и корпоративной солидарности в структурах Рязанской областной прокуратуры при поддержке Генеральной прокуратуры. С этими явлениями я столкнулся, когда моя дочь пыталась поступить на работу в органы надзора.

После окончания школы моя дочь, которая с восьмого класса мечтала работать в прокуратуре, на конкурсной основе, пройдя собеседование и тестирование, получила направление от прокуратуры Рязанской области в Институт прокуратуры Саратовской государственной юридической академии (СГЮА).

Учебную практику моя дочь проходила в Октябрьской районной прокуратуре, так как ходатайство о направлении на учебу в вуз перед областной прокуратурой исходило из Октябрьского района. Октябрьский прокурор Анатолий Лушин остался дочерью доволен. Выпускные государственные экзамены она сдала на две пятерки и четверку.

В 2018 году, буквально на второй день после выпуска, она обратилась в Рязанскую областную прокуратуру, где в отделе кадров ей прямым текстом предложили: «Папа пусть придет и договорится о приеме на работу, если он не сумеет договориться — дорога на работу в прокуратуру будет закрыта».

Они в курсе:

— глава УФСБ Рязанской области Сергей Ерофеев
— глава СУ СКР Рязанской области Владимир Никешкин
— прокурор Рязанской области Иван Панченко

Так как Рязань сравнительно небольшой город и многие друг друга знают, для меня не составило труда узнать у знакомых работников прокуратуры об условиях трудоустройства. Мне пояснили, что для этого надо иметь очень близкие отношения с руководством областной прокуратуры или попросту платить. Такса приблизительно начинается от 1,2 млн рублей. Мне сказали: «Посмотри сам, от областной прокуратуры ежегодно получают направление около 10 человек, а на работу принимают других людей из других вузов, но только не тех, кого направляли».

Естественно, я не пошел договариваться, а вместо этого написал обращение в Генеральную прокуратуру РФ. И только после этого обращения на имя Юрия Чайки, 17 декабря 2018 года дочь поставили в кадровый резерв. Но при этом открыто заявили, что после моей жалобы ей в прокуратуре не работать.

Ростки безнаказанности

Я сначала надеялся на честность и объективность вновь пришедшего прокурора Рязанской области Ивана Панченко. Но прокурор в ответ на мое обращение написал, что в прокуратуре пока нет вакантных мест, что моя дочь состоит в кадровом резерве, но это не означает, что ее примут на работу.

А вот для своего родственника по фамилии Вернигов у него нашлось место в прокуратуре Советского района Рязани, хотя в резерве он не стоял.

Мне не понятно, по каким признакам идет отбор на работу в прокуратуру. Моя дочь отлично сдала государственные экзамены, было направление, был профильный вуз. Не было только одного — договоренности с руководством. А это, оказывается, самый важный аргумент для руководства и неважно, что ты окончил и как.

Итогом такой практики становится то, что пришедший на работу в прокуратуру по договоренности (как предложили мне) или по знакомству, заранее знает, что его будут прикрывать, что бы он ни сделал, так как руководство этой прокуратуры само нарушало закон.

Они должны быть в курсе:

— директор ФСБ Александр Бортников
— председатель СКР Александр Бастрыкин
— генпрокурор Юрий Чайка

Взять хотя бы пример из Рыбновского района Рязанской области. Прокурор, сын сотрудницы областной прокуратуры, чувствуя себя безнаказанным, убил человека. Это в газете писали, что его сразу арестовали. А ведь многие знают, как пытались его выгородить, чтобы он ушел от наказания.

Справка ПАСМИ:

В сентябре 2019 года в Железнодорожном районном суде Рязани присяжные заседатели вынесли обвинительный вердикт бывшему помощнику прокурора Рыбновского района Александру Галкину и его другу детства Алексею Воронцову. Оба они признаны виновными в избиении 59-летнего рязанца, который впоследствии скончался от полученных телесных повреждений. Конфликт, переросший в драку, произошел в апреле 2018 года во время совместного распития спиртного. По словам брата погибшего, прокурор нанес не менее 20 ударов. Сам Галкин на предварительном следствии вину не признал.

Что вы имели в виду?

Если я ошибаюсь с правильным толкованием выражения «надо договориться или дорога в прокуратуру будет закрыта», и в эти слова в отделе кадров Рязанской областной прокуратуры вкладывали другой смысл, то почему мне до сих пор никто не объяснит, что конкретно имелось в виду.

Меня и мою дочь приглашал начальник отдела кадров Елена Амелина и просила написать, что эти слова моей дочери не говорили, и претензий мы не имеем. Также с нами беседовал начальник безопасности областной прокуратуры Сергей Князев. Он попросил, чтобы я не заострял внимание на предложении о договоренности.

Был я и на личном приеме у Ивана Панченко. Прокурор сказал, что ничего криминального в ситуации с трудоустройством моей дочери не видит и считает, что его подчиненные поступают согласно закону.

Теперь подвожу итог своего повествования. Мои обращения и жалобы на прокурора Рязанской области Панченко в Генеральную прокуратуру остаются не рассмотренными, их попросту отправляют в региональную прокуратуру. То есть прокурор, на которого я жалуюсь, рассматривает жалобу на самого себя. Результат не нуждается в комментариях.

Коррупция, договоренность и безнаказанность — по таким законам сегодня в России живет прокуратура. И не только я в этом убежден. Нужно посмотреть правде в глаза. Кто становится прокурорами областей, взять того же Панченко, которого перевели в Рязань после скандала в Воронеже.

Справка ПАСМИ

Иван Панченко до декабря 2018 года занимал должности заместителя прокурора Воронежской области и прокурора Воронежа. Незадолго до перевода в Рязань он оказался замешан в коррупционном скандале. Экс-адвокат Мария Григорошенко, обвиняемая в получении 2 млн рублей взятки за облегчение участи подзащитного, назвала в суде имена сотрудников прокуратуры, которым предназначались эти деньги. В доказательство своих слов она предоставила аудиозапись разговора с начальником отдела по рассмотрению обращений и приему граждан Андреем Авдеевым, в ходе которой в числе прочих прозвучала фамилия Панченко. Прокурор Воронежской области Николай Шишкин после публикации этих сведений уволил только Авдеева, заявив, что остальным своим подчиненным он «полностью доверяет».

А о руководстве Генеральной прокуратуры можно и не говорить. Ответ, данный из Генеральной прокуратуры за подписью заместителя начальника управления Генеральной прокуратуры Ильи Монахова звучит так: «Ваши доводы полно, объективно, неоднократно проверялись — нарушений не нашлось». Это говорит о том, что в Генпрокуратуре официально признают законным прием на работу в надзорные органы не по образованию, не по знаниям, а по договоренности за вознаграждение.

Я не захотел договариваться, и моя дочь не работает в прокуратуре. Но я уже и даром не хочу, чтобы она там работала, я просто хочу, чтобы СМИ озвучили эту ситуацию».

pasmi.ru